Ударим по автопробегам



Неделю назад латвийские СМИ сообщили о "черных выходных" - за уик-энд на дорогах страны погибли 10 человек, причем несколько аварий были очень тяжелыми. Дорожная полиция, министр внутренних дел и премьер встрепенулись: настало время проявить заботу о людях. И проявили - решили ужесточить контроль за дорожным движением.

Предполагается, что рост числа аварий был вызван отказом дорожной полиции от контроля за дорогами при помощи радаров. И надо же было такому случиться: народ бросился превышать скорость аккурат после введения новых правил дорожного движения. Прямой связи здесь не обнаружили (а если и обнаружили, то о ней предпочитают молчать), поэтому власти взялись за любимого конька: контроль и репрессии. На дороги вернулись радары, "шпионские" машины без трафаретов, появились бредовые идеи ввести запрет на старые автомобили.

На минувших выходных появились первые результаты: пошла статистика относительно числа задержанных за превышение скорости. Затем вице-премьер Айнар Шлесерс пообещал довести латвийские дороги до "европейского уровня" за 6 лет; в Риге принялись менять дорожные знаки... И в то же время - еще шесть погибших за уик-энд, причем пять из них - в провинции.

Почему же Латвия никак не может уйти с лидирующих позиций по смертности в ДТП в Европе? Если задать этот вопрос чиновникам, врачам или полицейским, ответов будет очень много. Однако главное, скорее всего, останется за рамками разговора.

На самом деле "дорожная проблема" с точки зрения государства и общества не слишком отличается от демографического кризиса или неэффективной системы здравоохранения. Никто не сомневается в их важности, все согласны - это звенья одной цепи. Везде государство оказывается в убытке: люди, вместо того, чтобы трудиться, создавать материальные ценности и интеллектуальное богатство страны, отправляются в мир иной раньше, чем это было предопределено их биологическими часами и страховыми компаниями. Или - как в случае с кризисом рождаемости - вообще не появляются на свет.

Теоретически, государство должно решать именно эти вопросы в первую очередь: в конце концов, в маленькой Латвии каждый человек на особом счету. Но - не получается. В отличие от передела собственности или борьбы за идентичность, социальные вопросы никогда не входили в число приоритетов для латвийских властей. Точнее, входить-то входили, но только на словах.

Этому есть простое объяснение. Допустим, 10 погибших в расцвете сил людей в течение своей жизни могли принести государству миллион латов - в качестве продуктов своего труда, налогов и т.д. Или - 10 миллионов латов, если среди них оказался тот, кто в будущем мог стать талантливым ученым или бизнесменом (справедливости ради, с таким же успехом среди них мог оказаться и злостный вредитель, который принес бы нашему обществу только убытки).

Однако все эти расчеты воспринимаются как пустое теоретизирование: да, статистика знает все; да, звучит впечатляюще; но как же это далеко от реальной жизни, с ее борьбой за депутатские кресла и объекты недвижимой собственности... В результате мы имеем то, что имеем: у Латвии нет внятной долгосрочной государственной политики по общественно важным вопросам, и каждое изменение ситуации воспринимается как аврал и национальная трагедия. Причем это касается не только рождаемости, ситуации на дорогах или, к примеру, борьбы с пьянством. Вопросы образования и внешней политики, развития села и политики общественной интеграции - все это также проводится по принципу "пока гром не грянет". Гром же вызывает беготню с выпученными глазами, судорожное изменение собственных решений на противоположные, волну жалких оправданий, начальственные разносы и авралы на местах.

Единственное, что могло бы переломить ситуацию - тщательное среднесрочное и долгосрочное планирование, создание государственной концепции по важнейшим вопросам. С определением четких целей и средств для их достижения. Советская плановая экономика сегодня - объект насмешек.

Между тем выясняется, что и без плана тоже жить плохо. Правда, сегодня даже сами планы составлять некому. По некоторым данным, государственное финансирование науки ежегодно снижается на 5-10%, и это при том, что, если верить статистике, страна переживает "экономический бум". Впрочем, это уже другая история.

Автор: Дмитрий Александров, Новая газета

Добавить коментарий
Автор:
Комментарий:
Код проверки:
Captcha